Прошло лето и в кранах не стало горячей воды. На деревьях уже нечему желтеть и даже небо высохло – выдает по капле влаги в минуту. Хочется искупаться в каком-нибудь природном болотце, отдав часть себя на съедение обезумевшим от зноя пиявкам. Иду на работу, чтобы хоть как-то скоротать время. Там уж точно кровушку попьют до её окончательного свертывания. Уши непроизвольно сворачиваются в трубочку и похожи на засохшие листья деревьев. В дендропарке на Дзержинке есть пробковое дерево (а может быть и не одно, а может быть, уже и засохло) пойду нарежу пробок из коры, чтобы не сворачивались уши (AESOP)… Хоть и нахожусь южнее, но зноя вовсе не замечаю. Пестрые, облепленные разноцветной листовкой стенки вагонов и натруженное гудение кондиционеров - вот и все, что оставило в памяти лето. Казалось бы хорошо, не сходишь с ума от жары. Вот только уши все равно сворачиваются в трубочки. Но уже от скуки, подгоняемой зевотой и манерой лениво жалеть себя по пути на работу, чтобы хоть как-то скоротать время. Непременно поймаю лето за короткий сентябрьский хвостик и запомню его именно таким: теплым, радостным и пахнущим домом (КОРНЮХ)... Нет, суета суетой, а вот лень и жалость к себе надо преодолевать. «Хорошая идея! - подумал я про себя – ловить за хвост, что-то!» Лето поймаю завтра! На улице с самого утра дождик. Лето решило поиграть в прятки. Собираю рюкзак: беру летодетектор ,фотоаппарат, большую цалофановую сумку для солнышка, тетрадь в клеточку и рулетку для определения размеров лета. Всё готово в путь. Говорят, что если с утра дождь – то после обеда будет тепло. Значит, хвостик лета поймаю! Теперь только пригородный поезд знает, где прячется лето. Доверившись железной гусенице спокойно начинаю играть в «Тетрис». Попутчики, спокойно попивая пиво, рассказывают друг другу невероятные приключения своих пьяных похождений, пытаясь показать свои невероятные способности в спиртопоглощении. Первое время меня немного отвлекают эти своеобразные разговоры, но потом пивные друзья выходят покурить и я спокойно погружаюсь в мир «Тетриса». Так незаметно добрался до станции Стеблянки. «Ага! –подумал я – так вот где спряталось лето!» Выхожу на платформу, всё еще подозрительно посматривая на небо (AESOP)… ...Бицяра открив глаза. Він напівлежав на лавочкє, запрокинувши голову назад - перевалив її за низкую спинку. Очі в бицяри билі краснуваті, кабута втомлені. В карманах фантікі, мяті, напіввитрушені сігарєти і диркі. Солнлцле спускалось на ужин і уже включало потроху красний свєт - останавлівало день. Жизнь була чудова, вкусна-прєвкусна, хотілось отак сидіть і дивицца на неї, їсти її. Як бомж. Ілі як бог. В такіє моменти бицяра не то шоб шось понімав, ілі ощущав - йому просто било нічо не нада. Йєму ясно уявлялось, как біжить вітер по полю, у високих травах обрєтая тєла дивовижних істот, как шуршит зємля під пузом у крота, какіє сни баче лисеня із своєї нори. І все інше йєму казалось якімто видуманим, нєнастоящім, созданим на сікунду, шоб бистро щезнуть. А так оно і било. Бицяра сидєл на етой огромной сцені, со всємі етімі видуманини дікорациямі - лозунгамі партій, рікламой зубной пасти і прочєго педігріпала. І бицяра лігко і нєпринуждонна іграв свою роль, запрокінувши голову назад, через спінку лавочкі, думаючи про всякі глупості і получая от етово немислімоє удовольствіє (SAID). Внізапний метеоріт разбуділ тішь окруженія. Бицяра і його прошлі состоянія булі в неведінії: кусочкі лета і лавочка осталісь позаді. Позаді осталась і Стеблянка. Сбросів мокрі насквозь тряпкі, тело забігалось впірьод-назад, создавая контрастні разводи от мелькающіх туда-сюда чорних вимазюканих ног і білейших от водяной мокроти рук. - Вот оно ефект бабочкі, - внізапно осеніло героя. - Неужталі палучаітся, што еслі мотать собой так втеченіі всіво дня, настаніт кульмінація і єсть віроятность стать мне гусініцой?.. Задумавшись об такім возможном развітіі собитій, Бицяра остановілся. Він поднял глаза со дна одного із прошлих своіх состояній. Метеоріт, внізапно оказавшійся падающей рукояткой душового шланга, ліл как із відра. Міражі звіозд, веснушчалі його в ліцо і плавно достігалі землі (MACAPURA). …Лишь спустя два дня я осознал, что мысли-пчелки специально роились восковыми наростами на рамках моего сознания – они просто хотели исказить моё представление о лете, и потоком безумных генов моих предков создавали «глаголы» реальности. «Быцяра!» – неужели я мог его видеть, неужели знойное лето сыграло злую шутку и превратило на эти два дня метеорит в обычный шланг от душа?! «Сцена жизни и рампа солнца! – улыбнулся я сам про себя диким оскалом сонного осла – Надо же было такое наворотить!» Самое кошмарное, что вспомнилось мне, так это то, как я вытаскивал глаза из прошлых своих состояний: они были красными и выпученными! А руки отстиранные дождем напоминали тряпки выстиранные в «Тайде»! Но удивлениям не было края, когда я вдруг увидел в зеркале своё веснушчатое лицо, таким, каким оно было в моем далеком детстве. Дед шутил и говорил, что это потому, что я лазил в гнезда ласточек. Не знаю, было ли такое на самом деле или нет, но почему-то сейчас мне это кажется правдой. Чувствуя, что состояние параллаксизма вновь кружится над головой, я вновь выхожу в реальный туалет на двенадцатом этаже перекурить. Из головы не выходила песенка Масарича:"ДВП, КГБ, ЛСД? нафіг нада.- BLTZ!" (AESOP) Интересно, а вообще реально бросить курить насовсем?!?! Мысли о сигаретах навязчивы, как и непокидающее меня чувство того, что важное, по-настоящему важное снова ускользает от моего уж очень рассеянного внимания. Как это лето, к примеру. Как сны о солнечном утре, загородном автобусе и короткой партии в "Тетрис" на заднем сидении. Как абсолютно непохожий на меня, но очень понятный и близкий субъект Быцяра, то ли друг, то ли соратник. И как метеорит, сумасбродно вывернувший все нутро наизнанку, не давая понять, можно уже подсушивать крылья и лететь, или же послушно дожидаться своей очереди на превращение из гусеницы во что-то большее (хотя, желательно, лУчшее).. И мозг начинает лихорадочно работать, будто пытаясь отменить все известные научные законы для одного отдельно взятого человека и отмотать время назад. Не выходит. Приходится все-таки открывать глаза и подбадривать себя самому. Все-таки тяжело катить камень в одиночку, нужно отдать должное тем, кто этому научился (КОРНЮХ)... Выкуренная сигарета дала возможность переключить свои мысли на новый лад. Камень…? Почему именно сейчас в голову пришло это понятие?! Может быть, Сизифу его надоело поднимать, и он все-таки решился на то, чтобы скинуть его с горы на чудесный город за вершиной?… А может быть, он просто однажды заснул, поднимая в очередной раз его вверх, и камень придавил его? – Как бы там ни было, пора заняться делом! Пойду раскопаю останки Сизифа и на них поставлю своерукотворный памятник или же построю новый город. «Даже не думай! – подсказывает внутренний голос – это довольно далеко! Найди-ка ты лучше Попаш, разрушенный Игорем Святославовичем Сизифовым и найди потерянный им бластер. А ещё – найди амулет, который ему подарил Вьехяновский шаман!» Теперь мне понятно, почему мы пытались прошлым летом попасть в Городище на р. Терн и не попали! - Скубеевский морон Сверчище, работая под прикрытием, пытался заблудить нас. И если бы не спасительная грязная чаша влаги мы бы просто превратились в мумий. Вспоминая это, я невольно вижу пятикопеечные глазища своих попутчиков Суидза и Масарича. Я помню как возобновляла их формы мутная и такая целительная влага древней реки! Когда они вышли на «Чумацкий шлях» никто уже из местных жителей не мог предположить, что эти существа - трансформеры прошлого тысячелетия… Мысли ненадежно цеплялись за прокуренные извилины, и паром никотиновых колец опускались на стержень истины, спрятанный в копчике самурая. Незаметно для себя я почувствовал, что погружаюсь в добрый старческий сон(AESOP)… - Па-ра-лакс, - почувся голос із сосєднєва сідєнія в автобусі, - записуй. Гюстав насторожился. Нєужелі нас раскрилі? О нєт, значіт оні скоро будут на мойом хвостє, - думав он. На першій же попавшийся остановкі Гюстав вискочив із автобуса, підняв ворот пальта і старався затірятся в толпє. В його голові мільтішили думки про то, хто це мог буть, зачєм їм це понадобілось. Чьорт пабьєрі, на паралаксі давно вже появлялісь непонятні акаунти. Ето било прєдупріждєніє! Што же тіпєрь! Гюстав непомітно викинув докумєнти і тєліфон у контейнер для сміття. По ліцу пробіг ручійок халодного пота, он рєзко обернувся і виставив тремтячу руку з пляшушім у ній наганом у напрямку подворотні. - Вихаді, подлєц! Я знаю ти здєсь! Откуда-то свєрху прилетів недопалок і упав прямо перед Гюставом. На балконі флєгматично спостерігав мужик в трусах і тільняжкє. - Луччє іди отсюда, не ори у мене под вікнами. Гюстав положив наган у карман пальта і сороміязливо почимчикував дальше. Шагі були нерівномірні і нєосторожні. Он спотикався, старався собраться, но нє получалось. Он втрачав контроль над сітуацияй. Так, видох, вдох, задєржка, видох. Нас же к етому готували, нужно собратса і придумать шо робить дальше. Мислі Гюстава вмить оборвалісь - перед ним стояла чьорна машина у совіршенно пустом пєрєулке. Двєр открилі, висунулась дамочка у бєрєтіку. - Садітєсь, Гюстав Вінкєльхок. Нам всьо ізвєсно. Сопротівлєніє бєсполєзно. Гюстав почуствавав, как он льогко пукнув. І он почємуто, навєрно от страха, сконцентрувався на етом факте. Навєрно, ето і є "глупая внєзапная погібєль", думав он - уже спокійно і отсраньонно. Чувствуя, что пуком дєло не заканчуєтса, і всьо іде намного дальше, Гюстав принімає єдінствєнно верне рішеніє - он достає свой наган, наводе на бірєт... Штани набірают тяжесть, спєрєді чувствуєтся что-то мокрое і тьопле. Раз - осечка. Гюстав впадає в короткій ступор, но ощущенія в штанах пріводят єго в себе. Да что за день такий-то, га! Гори воно всьо, получітє!! Два - осєчка. Три - осєчка. Чотирі - осєчка. Пять - осєчка. Бабах! - "Шесть" - достічав Гюстав, прокинувшись в кроваті. Хоть і весь в гамні, но он був рад, шо паралакс врагу нє здан. С етімі словами он тихо пішов у ванну, оминая взлядом своїх домочадцев і зєркала. Йшов 1939 год, апрєль, у восточном Бранденбургі не було гарячої води (SAID). Обычно, в это время, горячая вода была в кранах, но сегодня сон вруку. Пришлось ополоснуться остатками воды в тазике в котором он вчера вечером мыл ноги. А что тут такого? Не идти же на работу сонным!... Да еще к тому же, закончился кофеин и прийдется довольствоваться чаем. Тут ему пришли вголову размышления некой Пічєни про чай, и он полностью погрузился в её размышления. Вот они (AESOP)... ... И некая важная внутренность закатилась прямо таки в небо,затерявшись между облаков. Утро.чашка чая День.чашка чая Вечер.Чашка чая а потом,с каждым разом, на одну больше.Легкие уже таки не могут без тепла.Уютно прогретые кишки.Я случайно проглатила язык.и запила.естественно чаем. Сообственно любая вещь,при регулярном ее использовании, вызывает привыкание - будь это предмет или живое существо.внутренность,человек,чай или чувство. Шагая босиком по траве и с чашкой еще горячего чая в руках,случайно уронила взгляд.Полетела высоко,ударилась об птиц и чуть ли не ускользнула в безконечность,потянув за собой.Тут на голову свалилось воспоминание,ведь до этого успела потерять в этом же небе некую важную внутренность. Не оставив себе времени,чтобы подумать что именно потеряла,полезла по ветвям к верхушки старого дерева. Внутри уже было холодно и хотелось чаю. Длинные руки прямиком таки в небо - самая мягкая голубая безгранность,в которой плескаються птицы,играют в догонки лучи солнца да скрываеться вся свобода как такова. В сию секунду предвиденные ощущения зачеркнулись совсем иными,совершенно неожиданными.Место прозрачности пальцы ощутили материальность - вода,вода,вода.Густоватая,словно...желе Вот тогда я и потеряла себя,даже не заметив этого,бултыхаясь в небе.Я забралась так далеко,что и совсем забылась. Отыскать что потеряла- неудалось.Есть вещи совершенно таки незаменимые - так как чувства,испытываемые вами,в результате вашего взаемодействия с ними являються неповторимымы- будь эти вещи предметами или существами.внутренностями,людьми,чаем или чувствоми. Возможно,тут идет речь о человеке,как таковом,его собственном я и взаемодействии этого я с внешним миром. Так,одним солнечным утром,человек,гулявшый босиком и с чашкой чая,потерял себя,еще до этого потерявши одну только часть. Возможно,он просто перечеркнул себя,не желая существовать в ряду с вами.Возможно ему просто таки хотелось свободы.Кто знает. Но все же вечером,пролившись над городом теплым дождем,он заглянул в свое окно- не забыл ли покормить кота. Пустая квартира,спящий кот и остывшая чашка чая на подоконнике... и вот опять.Некая важная часть этого мира закатилась прямо таки в небо,затерявшись среди облаков и оставив маленькую пустоту после себя (ПІЧЄНЯ)... Нагло воспользовавшись мыслями Пічєни, я начал философствовать на предмет того как было бы хорошо поумничать по этому поводу! Все что угодно может быть важным и не важным! Все зависит от нас самих! Бывают дни когда понимание себя становится невыносимым и в это время самое важное дотронуться до «чашки чая» и весь мир перевернется вверх ногами и тебе самое главное не проглотить с мнимым остывающим теплом самого себя! Нельзя привыкнуть к самому себе! Растворясь в « самой мягкой голубой безгранности, в которой плескаються птицы, играют в догонки лучи солнца» ты снова и снова как ласточка будешь опускаться на землю с которой без чужой помощи уже не взлетишь. … в руке чашка чая, иду по канату, от точки наливания до точки выпивания. Понимаю что не важно то что несешь – важно чтобы не упустить содержимое кому-нибудь на голову (AESOP)...
